Игра воровки. Клятва воина [ Авторский сборник] - Джульет Маккенна

– Тогда держи глаз на этой цели и не позволяй Планиру или кому бы то ни было толкать тебя под локоть. – Перид поднял руку и встал. – Кажется, кто-то пришел.

Когда мы вернулись на кухню, из другой двери появился Шив. Отойдя в сторону, он пропустил вперед Ливак, и она шагнула прямо в мои объятия, спрятав взъерошенную рыжую голову под мой подбородок. Я вдохнул ее запах, поцеловал ее волосы и почувствовал, как ее руки крепко обвились вокруг меня. Восхитительное ощущение ее близости было дороже сезона в объятиях Ляо Шек. Я мог бы простоять так целую вечность, если бы Шиву не нужно было подойти к плите – поставить чайник на огонь.

– Что на ужин, Шив? – Ливак заглянула в корзину с овощами, водруженную на выскобленный стол.

Выяснилось, что это будет крепкая похлебка; она сейчас медленно кипела в чугунке, стоявшем в очаге на тагане, и только ждала, когда ее заправят. Шив снял пену и положил в бульон мозг из костей, а мы втроем чистили и резали овощи.

Поймав задумчивый взгляд Ливак, я вопросительно поднял брови.

– Ты собираешься оставить бороду? – Она чуть улыбнулась.

– А тебе она нравится?

Я надеялся, что она скажет «нет». Ливак склонила голову набок.

– Ты определенно выглядишь иначе, но…

Для меня этого было довольно.

– Шив, у тебя не найдется лишней бритвы?

Маг засмеялся.

– Конечно, найдется, но я бы на твоем месте немного обождал. Если сбреешь бороду в разгар лета, да еще после того, как пробыл столько времени в Архипелаге, то будешь ходить с пегим лицом. И подбородок может обгореть на солнце. Уж поверь моему опыту!

Перид вскинул голову. Его воображение художника мгновенно воссоздало эту картину.

– Когда ты носил бороду? – спросил он.

– Вскоре после приезда в Хадрумал. Надеялся, что она придаст мне солидности и заставит старших магов относиться ко мне серьезнее.

– Не сработало? – Ливак озорно улыбнулась.

– Нет. – Шив скорбно покачал головой. – Единственное, что впечатляет главных магов, – это то, как ты управляешь своей стихией.

Вскоре мы принялись за ужин. Чем бы ни занимались тут маги, кто-то более практичный выращивал на Хадрумале прекрасную говядину, а незнакомое мне вино было столь отменным, что ассоциировалось у меня с пирами и праздниками. Но лучше всего было то, что мы весь ужин болтали о разных пустяках, но ни слова о Планире, колдовских снах или погибших колониях. Мне даже показалось, будто моя жизнь снова стала обычной.

Когда Шив наконец поднялся, чтобы отнести тарелки в раковину, Перид выглянул в темное окно.

– Уже поздно, Ливак, может, останешься здесь? Какой тебе смысл возвращаться в Зал? Хэлис давно спит, если она опять такая же уставшая, как после того последнего сеанса с этими солуранами, долбящими ее ногу. Ну так что – я стелю тебе в мансарде или вам хватит одной постели в задней спальне?

Я впервые услышал в его тоне лукавую нотку и посмотрел на Ливак. Она прятала улыбку, уткнувшись в кубок с вином.

– Хватит одной, я бы не хотела доставлять вам слишком много хлопот.

– Тогда вымойте посуду.

Шив бросил мне посудную тряпку и вместе с Перидом скрылся наверху.

Ливак тут же завладела полотенцем.

– Ты моешь, я буду вытирать.

– Ну, спасибо, – сухо ответил я, прежде чем снять с огня чайник. Залив кипятком глиняные сосуды, я заморгал над паром. – Кажется, вы с Перидом хорошо ладите.

– Ладим. Хэлис он тоже нравится.

– Как она? – запоздало поинтересовался я.

– Лучше, – выразительно кивнула Ливак. – Намного лучше.

– Значит, Шив сдержал слово.

Я порадовался за Хэлис – хоть кому-то будет польза от всего этого дела, – но в глубине души из чисто эгоистических соображений возликовал, что Ливак освободится от обузы.

– У него не было другого выбора, – засмеялась она, чем-то очень довольная.

– Как это? – Заинтригованный, я прервал работу и посмотрел на нее.

– Видишь ли, был один архив, который Планир безумно хотел заполучить, – весело сказала Ливак.

– Из усыпальницы Аримелин?

– Точно. А лорд Финвар, седой старикан, владелец архива, ни за что не хотел его отдавать. Он вбил в свою пустую башку, что маги с их естественными науками – всего в одном шаге от рационализма, и не собирался передавать священные тексты этим нечестивцам, дабы не навлечь на себя гнев оскорбленной богини. – У Ливак озорно заблестели глаза.

– И что заставило его передумать? – Теперь я и сам улыбался.

– Ты не поверишь, но в его доме начали происходить чудеса. – Ливак в притворном недоумении покачала головой. – Старик просыпался и обнаруживал, что, пока он спал, вещи в его спальне передвинулись. Каждый день он находил древний комплект рун, разложенный на конторке в его кабинете, с тайным, по его убеждению, посланием. Все слуги были допрошены, и, конечно, первыми, на кого пало подозрение, были Шив и Вилтред, но капитан Стражи не спускал с них глаз, поэтому они не могли быть виновны.

– Ну конечно! – торжественно вскрикнул я. – Так что, в конце концов, убедило его?

– Однажды он проснулся и увидел свои руны рождения, разложенные посреди пола. А спал он в верхней спальне с одним-единственным, к тому же неприступным окном.

– Неприступным? – не сдержал я смешок.

– Ага. – Ливак задрала рукав, чтобы осмотреть длинную царапину, уже заживающую. – Неприступным да еще страшно узким.

Мы оба расхохотались, но тотчас неловко умолкли; гнетущую тишину нарушали только стук глиняной посуды да звуки передвигаемой мебели над нашими головами.

– Знаешь, я думала, что потеряла тебя, – внезапно произнесла Ливак, невидящим взглядом уставясь в темноту за окном; под ее летними веснушками выступил легкий румянец.

– Ну, это не так-то просто сделать, – как можно беспечнее ответил я. – Но я рад, что нашел тебя здесь. Мне ж не хотелось снова проделывать весь этот путь до Релшаза, чтобы тебя искать.

Наши глаза встретились. Спустя долгую минуту Ливак отвернулась – поставила тарелку на стол.

– Я тут подумала… если твое предложение еще в силе, я могла бы съездить с тобой ненадолго в Зьютесселу. Что бы там солуране ни делали с ногой Хэлис, им потребуется уйма времени, по крайней мере до постосени. Так они, во всяком случае, говорят.

– Мне бы этого хотелось, – сказал я, не помня себя от радости, но тщательно скрывая свое чувство.

– Я ничего не обещаю и не буду пока отращивать волосы, – торопливо продолжала Ливак, – но мы могли бы посмотреть, как пойдут дела, хотя, конечно, ты все еще присягнувший…

– Пока, – перебил я ее, сам удивляясь резкости в своем голосе. – Я думаю об этом. Возможно, пора забрать мою клятву и самому распоряжаться своей жизнью.